Разведчика: система спецназа гру. Ocr палек, 1998 г - 36
Учебные материалы


Разведчика: система спецназа гру. Ocr палек, 1998 г - 36




800 километров от линии фронта: диверсионная работа - лишь одна из за-
дач. Здесь действуем по принципу: увидел-уничтожил-ушел. Командные пунк-
ты, узлы связи, склады, трубопроводы, а в первую очередь - ракетно-ядер-
ное оружие и другие средства массового поражения.
В. - Неплохо зная РВСН, с трудом представляю, как можно вывести из
строя хорошо охраняемую, защищенную даже от ядерного взрыва шахтную пус-
ковую установку. Одна многотонная крышка, закупорившая шахту, чего сто-
ит.
О. - Не вдаваясь в подробности методики, замечу, что взорванный груп-
пой спецназа заряд может заклинить крышку, выбить кусок стены, и вообще
любой такой взрыв потребует проверки и корректировки параметров установ-
ки. Так что необязательно "кромсать" саму ракету.
В. - Мне кажется, вы не назвали еще одну функцию спецназа - ликвида-
цию командного состава противника. Начиная с 1919 года в виде "силового
элемента" нашей агентурной разведки существовала активная разведка -
"активка". Диверсионные группы и специальные агенты не только проводили
диверсии, но и ликвидировали изменников и предателей.
О. - Сегодня такая задача не значится в наших "букварях", но в прин-
ципе она может быть поставлена и - выполнена.
В. - Столь широкий диапазон специфических задач, наверное, требует и
особого оружия?
О. - Первый громкий выстрел в тылу противника - это начало провала
группы. Поэтому спецназ вооружен бесшумными автоматами и пистолетами,
стреляющими ножами, арсеналом мин, в том числе и "сюрпризов". Например,
чтобы сработала обычная мина, на нее надо "наступить", эту же, напротив,
"разгрузить". Сапер противника видит знакомый предмет, снимает с него
груз и... Есть у нас и холодное оружие, гранатометы, минно-взрывные заг-
раждения, средства разминирования объектов и десантирования, спутниковая
связь и так далее. Есть и новые разработки, образцы - дело за приемлемым
финансированием. После Афганистана из подразделений спецназа, принимав-
ших участие в боевых действиях, был изъят ряд образцов тяжелого вооруже-
ния. Но "горячие точки", особенно Чечня, заставили изменить взгляды и
довооружиться.
В. - Как группы забрасываются в тыл противника?
О. - С помощью обычного парашюта или поднимаемого с земли параплана,
на дельтаплане. С зависшего вертолета: если низко - спрыгиваем либо
скользим по 40-50 метровому канату. Можно и воздушным шаром.
Есть морской путь на различных плавсредствах, в том числе на малых
подводных лодках. Наземный - переход через линию фронта. Возможно еще до
начала боевых действий, если есть на то решение Генштаба. А дальше - на
захваченных машинах, бронетранспортерах.
В. - Небезызвестный Виктор Суворов в "Аквариуме" написал о необходи-
мости добивания своими раненого шифровальщика группы, чтобы тот не попал
в плен.
О. - Ну кто со мной пойдет в тыл противника, если будет знать о воз-
можности такого исхода? Раненого всегда можно оставить с кем-то из груп-
пы, замаскировать, передав координаты в Центр, и его обязательно выру-
чат, эвакуируют. В спецназе не существует известного вопроса "Пошел бы
ты с ним в разведку?". Мы для этого и существуем.
В. - Кого и как при таких требованиях вы отбираете в спецназ?
О. - Последние 3-4 года с набором есть сложности, хотя у нас приори-
тет, впереди - только ФСБ. Половина нас устраивает с самого начала, ос-
тальных тренируем, учим. Физическая подготовка и интеллект всегда идут
рядом. Офицеров готовим в Новосибирском общевойсковом командном училище,
где есть факультет спецназа. После перевода его в 1994 году из Рязани
конкурс там вырос в три раза: самая крупная среди военных училищ кафедра
иностранных языков, выпускник получает диплом переводчика. Курсанты за-
нимаются тактико-специальной, воздушно-десантной, горной, водолазной
подготовкой, минно-подрывным делом. В огневой - у нас свой собственный
курс стрельб.
В. - Специальные подразделения предназначены в основном на период
войны - по крайней мере так было до последнего времени. А сегодня?
О. - И сегодня тоже. В мирное время в частях есть картотеки типовых
объектов разведки. Изучаются они, а также возможная местность, инфраст-
руктура, климат, варианты действий. Разведчики должны уметь проводить
допрос пленных, перебежчиков, опрос местного населения, то есть знать
язык, нравы, обычаи, традиции. В случае военных действий может использо-
ваться гражданское платье - "их", разумеется.
В. - В Афганистане, хотя об этом не говорили, спецназ тоже применял-
ся?
О. - В Афганистане были два соединения и армейская рота спецназа.
Контролировали всю территорию страны, обезвреживали караваны из Пакиста-
на с оружием, наркотиками, деньгами. Наши результаты относились на счет
десантников - работали под их "крышей", носили, как и сейчас, их форму -
слово "спецназ" было тайной.
В. - И в Чечне ваши подчиненные зарекомендовали себя отменно, но хо-
телось бы услышать об этом из первых уст.
О. - Не было такой операции, где бы не применялись наши люди. Группы
ходили в "тыл" боевиков, патрулировали районы и маршруты, упреждали про-
вокации. Вели разведку, в том числе радио и агентурную.
В. - Насколько верны сведения о том, что ваши люди причастны к ликви-
дации некоторых полевых командиров и даже самого Дудаева.
О. - Чтобы вывезти вертолетом группу на место, откуда Дудаев говорил
по телефону в момент гибели, - с высадкой, обеспечением, потребовалось
бы часа два. Что же, все это время он говорил?
В. - Понимаю, что в вашей службе есть тайны.
О. - Мне приятно, что вы это понимаете. Не тайна, что среди наших
есть раненые и погибшие, восьмерым присвоено звание Героя России.
В. - Гасить новые конфликты, если грянут, придется опять вам. Статус
и возможности вашей службы позволяют это делать?
О. - Это глобальный и больной вопрос. К сожалению, прошлый горький
опыт не учитывается. В советско-финляндской войне подразделения, подоб-
ные сегодняшнему спецназу, составляли около 5 процентов от непос-
редственно участвовавших в боевых действиях, а в Афганистане уже около
20 процентов. В Персидском заливе, в Панаме тенденция сохранилась, что и
предопределило исход боевых действий.
Как мне представляется, войска специальных операций сегодня должны
развиваться в первую очередь. Мобильные, подвижные, не обремененные тя-
желым вооружением, живучие и экономичные, они способны через несколько
часов оказаться в любой точке страны. Просочившись, мы не дадим против-
нику тронуться с места - так обученная собака на охоте "сажает" медведя
или лося. Если по аналогии с американцами, то надо создать ССО под еди-
ным командованием, с единым замыслом, подчинив им часть сил военнотранс-
портной авиации, ВМФ, легких пехотных соединений, тогда спецназ станет
палочкой-выручалочкой для Вооруженных Сил и страны.
В. - В чем именно?
О. - Силы специальных операций могут выполнять широкий спектр задач:
борьба с иррегулярными формированиями или, наоборот, поддержка партизан;
поиск и эвакуация экипажей самолетов и вертолетов, сбитых в тылу против-
ника; вызволение из плена; защита собственности и прав России и ее граж-
дан за рубежом; специальные психологические действия - деморализация
противника, склонение к дезертирству и сдаче в плен. Во время событий в
Персидском заливе благодаря таким действиям американцев сдались в плен
около 7 тысяч иракских военнослужащих.
В. - В Великобритании разведывательно-диверсионные войска, которых
многие не совсем верно называют "коммандос", были созданы в 1940 году, в
США - в годы Второй мировой войны ("рейнджерс"). Сегодня те и другие
процветают, выполняя перечисленный вами спектр задач. В чем ваши с ними
похожесть и отличия?
О. - Цели и задачи в основном схожи, но много и отличий. В частях
специального назначения США служат офицеры в звании не ниже капитана,
нет рядовых солдат - только сержанты. А мы не можем в ряде случаев при-
нять по контракту достойного человека: деньги, жилье. Но военные конф-
ликты показывают: роль специальных операций в них постоянно возрастает.
Исследования показали: в крупномасштабных боевых действиях противник для
борьбы с диверсионно-разведывательными группами вынужден будет отвлекать
до 10-15 процентов своих сил в тыловой зоне, в условиях локальной войны
- до 20-30 процентов. Это по существу активно действующий фронт на тер-
ритории противника.
В. - После провала с освобождением заложников в Иране в апреле 1987
года в США была введена должность помощника министра обороны по специ-
альным операциям и конфликтам низкой интенсивности, силам специальных
операций был придан статус, аналогичный нашему роду войск, куда входят
все специальные подразделения видов ВС. Командует ими четырехзвездный
генерал, в каждой оперативной зоне командующий - бригадный генерал. А у
вас звание полковника - потолок, тупик в карьере.
О. - Я убежден: России нужен закон о специальных операциях (действи-
ях), нужно придать им статус государственной политики. Сенат США нес-
колько лет назад утвердил перечень специальных операций. В феврале этого
года по приглашению командования США я был в Гонолулу на конференции по
деятельности сил специальных операций стран АзиатскоТихоокеанского реги-
она - участвовали около 20 государств. Так вот, многие из родственных
нам формирований расширили диапазон своих действии, включив в него, нап-
ример, борьбу с терроризмом и наркобизнесом, разминирование территорий,
где шли военные конфликты. Последнее, конечно, дело саперов, но только
если они знают, где нужно разминировать. У спецподразделений же есть ме-
тодика поиска минных полей.
А относительно тупика в карьере вы правы. Курсант-спецназовец не мо-
жет мечтать не только о маршальском жезле, но и о генеральских погонах.
Люди от нас подчас уходят по этой причине.
В. - Скажите напоследок, Владимир Андреевич, почему у подразделений
вашего спецназа нет звучных названий типа "Витязя" или "Альфы", нет сво-
ей символики? Что, лучший спецназ тот, который себя не афиширует?
О. - Отчасти поэтому. А вообще - так сложилось. По моему убеждению, в
результате военной реформы должны появиться войска или силы специального
назначения, способные создавать на территории противника активно
действующий фронт. В основе их мог бы быть спецназ Вооруженных Сил. Тог-
да и придумаем себе символику и "красивые" названия. (Газета "Красная
Звезда", 15 ноября 1996 г.)
"Рукопашка" после Чечни
На основе многочисленных журнальных и газетных статей, телепередач и
кинофильмов можно сделать вывод, что рукопашная подготовка является од-
ним из наиболее важных предметов в обучении спецподразделений всего ми-
ра. Логично предположить в этой связи, что рукопашные схватки в совре-
менной войне - широко распространенное явление. Во всяком случае, именно
такое мнение бытует среди молодых поклонников боевых искусств, которым
участвовать в настоящей войне, к счастью, не приходилось, но которые
смотрели по видео массу боевиков западного, восточного и отечественного
производства. Они в своем большинстве уверены, что знают самую что ни на
есть сермяжную правду о войне.
Но вот мнение человека, познакомившегося с войной не по "видику", а в
реальности. Старшему лейтенанту российских воздушно-десантных войск
Алексею Петренко (имя и фамилия изменены) в течение нескольких месяцев
пришлось воевать в Чечне с дудаевскими боевиками. Зная Алексея как фана-
та рукопашки, я с интересом расспрашивал его о том, как армейская техни-
ка рукопашного боя применялась во время боевых действий.
Рукопашным боем Алексей начал серьезно заниматься во время учебы в
Рязанском училище БД В, куда он поступил сразу после окончания школы.
Условия для тренировок в училище были самые благоприятные: специально
оборудованные залы, открытые площадки, необходимый инвентарь, квалифици-
рованные инструкторы, учебные пособия и видеофильмы, множество партне-
ров. Лучше не бывает! Рукопашный бой десантного образца в Рязани - это
синтез ударной техники каратэ и бросково-болевой техники самбо. Плюс к
ним приемы ближнего боя с холодным оружием (ножом, саперной лопаткой,
автоматом с примкнутым штык-ножом), а также приемы обыска, связывания и
конвоирования.
Упорные систематические тренировки дали свои плоды. Алексей дважды
участвовал в армейских соревнованиях по рукопашному бою и оба раза стал
призером. Кроме того, за время учебы ему дважды пришлось использовать
свои навыки для самозащиты на улице. В обоих случаях ему пришлось "рабо-
тать" голыми руками против ножа и, по его словам, нападавшие будут вспо-
минать его еще долго...
До чеченских событий Алексей не сомневался в том, что без рукопашной
подготовки в реальном бою делать нечего. Тем более, что преподаватели в
училище постоянно ссылались на опыт Великой Отечественной войны и на
опыт войны в Афганистане. По их словам, и там, и там солдатам очень час-
то приходилось драться с врагом руками, ногами, подручными предметами,
холодным оружием. Однако в Чечне все оказалось иначе.
Уже после первой недели ожесточенных боев с дудаевцами Алексей понял,
что техника рукопашного боя ему здесь абсолютно ни к чему. Когда обе во-
юющие стороны вооружены "до зубов" самым современным стрелковым, артил-
лерийским и ракетным оружием, когда с обеих сторон зверствуют снайперы -
все разговоры о рукопашке просто смешны. Конечно, теоретически возмож-
ность таких схваток существует, но только теоретически. Во-первых, какой
дурак подпустит тебя вплотную к себе. Во-вторых, надо быть абсолютным
идиотом, чтобы, имея в руках заряженный автомат или гранатомет, вступать
в ближний бой.
Это только в рекламных выступлениях десантник или спецназовец, вор-
вавшись в помещение через окно, демонстративно отбрасывает свой автомат
в сторону 585 и начинает "мочить" всех "врагов" налево и направо руками
и ногами. Однако подобные представления так же далеки от правды жизни,
как Луна от Земли. "Зачистка" жилых кварталов в Грозном от боевиков осу-
ществлялась более прозаическими методами. Сначала в оконный либо дверной
проем стреляли из гранатомета (либо бросали ручную гранату), затем все


Последнее изменение этой страницы: 2018-09-09;


dommodels.ru 2018 год. Все права принадлежат их авторам! Главная